[an error occurred while processing this directive] «Пыль» в глаза
Время новостей / Станислав Ф. Ростоцкий
На Московском кинофестивале покажут очень важный фильм

Полнометражный художественный фильм «Пыль», представляющий российскую кинематографию в программе «Перспективы» грядущего ММКФ, на первый взгляд кажется самодеятельным недокино для своих, сварганенным на коленке экспериментом, в рамках которого невозможно помыслить ни о компьютерных спецэффектах, ни о беспрецедентных рекламных вливаниях. Очередной пример «современного искусства», создатели которого (в первую голову режиссер Сергей Лобан и автор сценария Мария Потапова) вполне в традициях «анонимного и бесплатного искусства» не устают повторять, что их картина в первую очередь плод совместного творчества людей, объединившихся под знаменами «Экспериментального творческого объединения «СВОИ-2000». Но не проходит и четверти часа, как становится ясно, что, несмотря на мизерный бюджет и участие непрофессионалов, именно «Пыль» является самым актуальным и состоятельным высказыванием о современности. И уж как минимум речь идет о самом настоящем кинематографе, а не просто о забавах с попавшей в шаловливые руки образованных маргиналов видеокамерой.

Итак, знакомьтесь: Сергеев Алексей Викторович (Алексей Подольский), 24-летнее облако в штанах. Близорукие глазки, слезящиеся за диоптриями толстых старушечьих очков. Рыхлое тело, взращенное на бесконечных «сосисочках» и твердом бабушкином убеждении, что все на свете нужно есть с хлебом. Висящая мешком безразмерная майка телесного цвета с умильным котиком, которую все та же бабушка выбрала в секонд-хенде за наименее вызывающий рисунок. Сергеев работает на игрушечной фабрике, собирает пластмассовые пистолетики неестественных цветов для самых маленьких, в свободное время клеит модели самолетов, живет тихонечко, «особо много не тратит». Именно его отобрали для участия в важном и интересном эксперименте. Будто в лотерею выиграл -- приходишь по указанному адресу (или не совсем по указанному, но там кому надо объяснят), раздеваешься до трусов, садишься к аппарату. Раз-два -- и готово. Могут, конечно, возникнуть неприятные ощущения, слабость, тревога -- ну так на то четыре дня больничного и десять тысяч рублей на руки. Если совсем невмоготу -- вот телефон психолога. «А приходить сюда больше не надо. Слушаете меня, Алексей? Не-на-до».

Но Алексей придет, и не раз. Потому что после эксперимента человечек с котом на пузе уже не смог жить как раньше. «Я тоже был красивый... один раз. А потом его забрали», -- рассказывает он случайной знакомой. «Кого забрали?» -- «Тело». В мерцающем излучении секретного аппарата Сергеев неожиданно разглядел себя настоящего. Ощутил Силу и Красоту. И когда аппарат выключили, Алексей почувствовал, что его обобрали. В поисках Тела он приходит в лабораторию снова и снова, чтобы забрать его навсегда, а люди в штатском все жестче и жестче дают понять, что приходить действительно «не-на-до». Но в конце концов Алексей все-таки проникает в лабораторию, где безумный профессор (Петр Мамонов) объясняет ему, что ощущение Тела не более чем побочный эффект эксперимента, а сам он, Сергеев Алексей Викторович, как и миллиарды его собратьев по человеческому роду, «никто! сор! пылинка Вселенной!». Так что придется забыть о Силе и Красоте и покорно вернуться под колпак совсем другого излучения, которое проникает в ссохшийся мозг из телевизора. «Труп Гитлера хранится в сейфе КГБ! -- надрывается с голубого экрана принимающий совершенно нечеловеческие позы Евгений Ваганович Петросян. -- Я -- сексуальная машина!» И волей-неволей воспоминания о призрачной гармонии растворяются без следа, как рафинад, в спитой заварке желудочно-кишечного гогота.

Ощущение от просмотра в высшей степени странное. Как будто бы братья Дарденн ни с того ни с сего решили с помощью цифровой видеокамеры экранизировать что-то из черновиков Филиппа К. Дика. Вполне дарденновское видение «простых людей», не имеющее аналогов в современном киноконтексте, переплетается с элементами параноидального триллера, ни разу не споткнувшись на деталях. Современная жизнь обыкновенного россиянина призывного возраста дана в скупых, но пугающе точных деталях. Видение повседневности у авторов «Пыли» не имеет ничего общего ни с евроремонтным лоском новорусских жанровых големов, ни с гламурным безобразием нарочито маргинального артхауса. Это на самом деле настоящая жизнь, состоящая из бутылочного пива, фальшиво-оптимистического погромыхивания игровых автоматов, протухшего диссидентства и нарисованных прямо на пустых лицах улыбок западных миссионеров, превращающих Бога в попкорн. А самым жутким символом этой повседневности становится лед, который упорно скалывает с морозилки топориком для мяса субъект, которого Алексей считал своим единственным другом. Размораживание холодильника -- привычный всем элемент обывательского бытия, в «Пыли» поднимается до символа, ни объяснять, ни оспаривать который не хочется и невозможно. Вот так и живем. И поэтому актерский состав «Пыли», собранный сплошь из непрофессиональных, но неплохо известных в околорадикальной формации персонажей (а среди них акын-клезмер Псой Короленко и куратор фестиваля независимого кино «Стык» Сергей Сальников, «революционный писатель Дмитрий Пименов и режиссер культового «Черного фраера» Глеб Михайлов, оркестр «Пакава Ить» и рэперы из «Многоточия» и White Hot Ice, диджей Агеев и экс-ведущая «Муз-ТВ» Белка), не оставляет ощущения привычного капустника стоимостью в восемь с половиной долларов. Перед оскалом реальности все равны.

Назвать этот фильм манифестом рука не поднимается -- он слишком значителен, чтобы размениваться на лозунги. Но сегодня до очевидности наступило такое время, когда даже сама констатация фактов кажется не подлежащим обжалованию приговором. И в этом качестве «Пыль» -- умная, смешная и страшная -- кажется как минимум уместной. Как максимум же... впрочем, об этом лучше даже и не думать.

P.S. Увидеть «Пыль» можно 20 июня в 18.00 в кинотеатре «Иллюзион».





Дополнительная информация: Федосеев Виктор
info@kinoteatrdoc.ru / ICQ Status ICQ: 256671929 (послать сообщение)